О ЗЕМЛЕ КОВРОВСКОЙ

                      

поселок Красный Октябрь

 

                        Летопись поселка Красный Октябрь 

Вознесенский  хрустальный  завод  был  построен  в  октябре 1862  года  судогодским  купцом  Иваном  Каняшиным. После  кончины  Ивана Каняшина  заводом  стала  руководить  его  жена, купчиха  Вера  Степановна  Каняшина  (1812-1888 г.) Она скончалась 11 сентября 1888 и была погребена на кладбище села Смолино рядом с могилой своей дочери Софьи Ивановны Каняшиной. (5.07.1849 г. -  10.12.1871 г.) В  год  основания  завода  Каняшины  были  купцами  третьей (низшей) гильдии. Два  года  спустя, т.е. в 1864 году, они  уже  считались во  второй  гильдии (всего в  России  было  три  гильдии). Постройка  нового  завода  немало содействовала  росту  их  благосостояния.   Единственная дочь Каняшиных – Софья Ивановна вышла замуж за одного из братьев Добровольских – Василия Андреевича. У Василия был брат Алексей, который сам имел стекольный завод. Алексей давал средства хозяйке Вознесенского  хрустального завода для его расширения. В частности, при его помощи была усовершенствована ванная печью.   С  1 октября  1862  года  по 1  января 1863 года  на  заводе  было  выработано  250 600  штук  стеклоизделий  на  сумму  53 000 руб. серебром. Ведомость  1864  года  описывает  завод:

«Выработано графинов за  год 10 500  штук  на  сумму 4 600 руб. серебром; стаканов 280 тыс. штук  на  сумму 12 800 руб. серебром; рюмок 85 тыс. штук на  сумму 4 400 руб. серебром; банок 30  тыс. штук на сумму 1 200 руб. серебром; кружек 3 000 штук на  сумму 300 руб. серебром»

  При заводе  имелась  машина, которая  действовала тремя  лошадьми; мастеров  при  заводе  имелось –32  человека; хлопцев-32 человека; при  шлифовке –8  мастеров; служащих и  чернорабочих людей -19 человек. Все  люди  русские, вольнонаемные. Фабрика  помещалась в  одной  гуте, в двух гончарных, в двух  сараях для  складки  запасов, в одном  амбаре  для  помещений  изделий, в восемнадцати  избах  для  жительства  мастеровых  и  чернорабочих  и одной  конторы для письмоводства.

Изделия  в  гуте  вырабатывались   инструментами – трубками, щипцами  и  железными  ножницами. Формы  были  медные, глиняные  и деревянные. Сбыт изделий производился в столичные города: Петербург и Москву, на ярмарки   Нижегородскую  и Ирбитскую. Каняшина добивалась роста производительности труда,  что видно из сравнения 1862 и 1864 годов:                      

1862 год-сумма выработки: 5300; число основных работ: 48; число чернорабочих и служащих: 19;  выработка на 1го основного  рабочего - 302 руб. в год. 

  1864 год- сумма выработки: 23 300;  число основных рабочих: 72;  число чернорабочих и служащих: 19; выработка на 1го основного рабочего -  324 руб. в год.                                                  

  Всё производство было исключительно  ручным.  « Машины, т.е. три лошади, которых  гоняли по кругу  с завязанными глазами и движение, которых передавалось по трансмиссии станкам шлифовни или мельнице в гончарной. Если с Москвой, Петербургом и Нижегородской  ярмаркой завод был связан железной дорогой, то на Ирбитскую ярмарку, которая находилась за Уралом, изделия вывозились на лошадях окрестными крестьянами. В таком виде завод просуществовал около 20 лет. В 1880 году Каняшина приобрела первую настоящую машину – английскую паровую машину пароходного типа в 8 лошадиных сил и площадью нагрева котла 12 квадратных аршин (это около 8,5 квадратных метров). Эта машина честно отработала на заводе почти полвека, т.е. до 1928г.

  К 1890 году на Вознесенском заводе имелась одна паровая машина, один конный привод на конной тяге, 2 стеклоплавильные печи о 8 горшках, 20 шлифовальных станков и 2 рисовальных стола. Число рабочих достигало 114 человек.

  После кончины Каняшиных Вознесенский завод купили Добровольские. Но вскоре Василий Андреевич Добровольский решил объединить Нечаевский  (Кр. Маяковский) и Вознесенский (Кр. Октябрьский) заводы под своим руководством. В 1895 г. он выкупил принадлежавшие своим родным братьям доли Вознесенского завода и включил их в новообразованный Торговый Дом. 2 января 1896 г.  Василий Добровольский отправил официальное уведомление старшему фабричному инспектору Владимирской губернии:

  «С 1 января 1896 г. Вознесенский стеклянный завод братьев Добровольских и Нечаевский стеклянный завод Василия  Андреевича Добровольского вошли в состав Торгового Дома  под фирмою «Василий Андреевич Добровольский с сыновьями». Ведение всего дела Торгового Дома предоставлено мне, Василию Андреевичу Добровольскому. Заведование Вознесенским заводом предоставлено мною судогодскому мещанину Ивану Игнатьевичу Львову, а заведование Нечаевским заводом предоставлено судогодскому мещанину Алексею Игнатьевичу Львову»

В 1901 г. Василий Добровольский скончался на вершине своего коммерческого могущества. Заводчик был похоронен в центре своих владений – в селе Смолино, в склепе еще большем, чем у прежнего хозяина Касаткина. Массивный памятник темно-серого гранита до сих пор лежит среди густо разросшихся кустов рядом с разоренной Михаило-Архангельской церковью в Смолино.

   После кончины В.А. Добровольского, его сыновья сами не стали заниматься заводами, всецело положившись на управляющих.

Но Торговый Дом был сохранен под прежней вывеской.

  К 1910 г. в рамках прежнего Торгового Дома  владельцы Нечаевского и Вознесенского заводов разделились, хотя формально прежняя фирма еще существовала вплоть до 1912 г.

Нечаевский завод стал собственностью (родственника и тезки прежнего директора) Алексея Павловича Львова,  брат заведующего (директора) соседнего Вознесенского стекольного завода Михаила Павловича Львова.

 Работа на стекольном заводе  в ту пору по праву считалась тяжелой,

намного более вредной для здоровья рабочего, чем, скажем, труд на ткацкой фабрике. Вот как описывал современник работу стекловаров и шлифовщиков в конце XIX столетия:

  «Обстановка работ на стеклянном заводе убийственная: чрезвычайно  резкие переходы температуры – с +40 до - 450 на морозе.

Летом рабочие не могут долго работать и должны очень часто выбегать на воздух, от этого и заработок их меньше. Зимой они бегают из гуты по морозу в легкой одежде, подвергаясь вредным влияниям.

  В шлифовальном отделении нужны очень крепкие нервы: визг сотен  колес, которые режут и шлифуют стекла, способен повергнуть

человека слабонервного в обморок, между тем рабочие сидят здесь 12 часов. Мелкая стеклянная пыль, которая выделяется во время шлифования, осаждается на легкие и режет их, почему те мастера,

которые работают дольше других и делают более глубокие грани,

имеют вид очень истощенный и удручающий.

… Мастера держат в голых руках доски, доведенные до красного каления, и распиливают их, не ощущая ни малейшей боли…

Многие из рабочих ухитряются даже ходить босыми ногами по битому стеклу без всяких последствий, ибо кожа на подошвах у них сделалась вроде слоновой, на которую осколки не действуют»

 

Завод в годы первой русской революции

1905 года

 

  Чрезвычайно характерно, что до начала забастовки в лесу у Селышек было созвано собрание рабочих завода, на котором все участники дали клятву: «Стоять всем дружно против хозяина», и для закрепления её целовали принесённую с собой икону. Забастовка продолжалась  около 10 дней, никакие уговоры управляющего М.П. Львова не сломили твёрдости рабочего коллектива. Забастовка закончилась победой. Управляющий был вынужден прибавить копейку к « плакодонне» и рюмочке и отменить плату за луга и баню. В памяти рабочих завода хранится имя рабочего Крылова Ивана Павловича, который имел  связь с судогодскими революционерами организаторами и приносил оттуда запрещённую литературу, листовки и распространял их среди рабочих. Каких – нибудь сведений о существовании на заводе профсоюза или революционных партийных организаций в первую революцию отыскать не удалось. Опыт организации забастовки  помог  рабочему  коллективу в 1907 году, когда  хозяин  под  предлогом  убыточности  отказался  выплатить  зарплату, коллектив  подал  на  хозяина  в  суд, посылал  делегацию  к  земскому  начальнику и добился  выплаты, несмотря  на  упрямство  хозяина. По устным  преданиям  известно, что в 1907 году  при  выборах в  Государственную  думу от  нашего  завода  по  рабочей  партии  выборщиком  был  выдвинут  Потанин Н.М.

        

                                             Завод  в  1909 – 1916 годы

 

  Годы, последовавшие  за  первой  русской  революцией, были  нелёгкими  для  рабочего  коллектива; завод  работал  с  перебоями, с убытками, наконец, в 1909 году  был  остановлен  почти  на  целый  год. В  1910 году  К.Д. Грязнов   снял  завод в  аренду, пригласил  управляющего  немца, выписал  рабочих  поляков, задумал  улучшить  качество  и  ассортимент, ввёл  дорогие  жбаны  с  серебряной  крышкой  и  т.д. Но  все  старания  не  привели  к  успеху, надежды на  большой  доход  не  оправдались, и  в 1913 году  завод  был  вновь  остановлен. Война  1914 года  родила  массовый  спрос  на  аптекарскую  посуду. И  вот, в 1914 году  завод  покупает  новый  хозяин -  Голубев  П.Д. Это  был  крупный  заводовладелец; к этому  времени  он  владел, кроме  наших  двух заводов (« Маяк» и  «Октябрь»), ещё  и  « Красным  Химиком». Он  начинает  с  реконструкции  ванной  печи; ликвидирует  горшковые  печи  и  возводит две печи  периодического  действия  системы  Симекса (для  массовой  выработки  бутылочной  и  аптекарской  посуды  с  15 октября 1915 года ( дата  по  памяти  Апыхтина С.М.). Снизилось  и  качество  стекла, оно стало  хуже. Были привезены  из  Мухановки ( ныне «Красный  Факел» Московская  область) несколько  рабочих  специалистов по  « аптеке» : Пичугин  С., Абрамов  И., Лучков  И.Е., Косогоров, Крашенников  и  другие. Они – то и  привезли  на  завод  « новую  моду» - надевать  аккуратные  деревянные  колодочки  на  каблучках  взамен  лаптей. Посёлок  в  те  годы  кончался  по  левой  стороне  теперешней  Садовой  улицы  электростанцией, далее  ни  одного  дома  не  было; по  правой  стороне – домиком, где  жила  Т. Цветкова.

 ( ныне дом Зеленова Е.А. 2007 г.) Далее была  расположена  красивая  берёзовая  роща, где  происходили  гуляния  рабочих, а  иногда  устраивались  спектакли. По Комсомольской  улице  последний  дом  был, где  жила  Р.Д. Чудакова.

                       

           Октябрьская  революция  и  первые  годы  Советской  власти    

 

  Наш завод  вошёл  в Октябрьскую  революцию  крепко, уверенно  присоединился к  лозунгу «Вся власть  Советам!» (есть  предание, что  в  период  подготовки  к  Учредительному собранию, ещё  до Октября, большинство  рабочих  голосовало  за  РСДРП(б), но проверить  документально  это  не  удалось) и  с  первых дней  Советской  власти является  её  прочной  опорой. В тяжёлый  восемнадцатый  год  по  зову  партии  и правительства  завод  выделил десятки  лучших  передовых  рабочих  в  продовольственные  отряды, задачей  которых  являлось  изъятие  гуменного  хлеба  у  имущей верхушки  деревни  для  армии, ведущей  войну  против  контрреволюций, а  также  для  пролетарских  центров  страны. Продотряды  формировались  во  Владимире  в полки  и  направлялись  в  хлебные  области  страны. Закончив  свою  работу, участники  отрядов  возвратились  на  завод, причём, некоторые  из  них - с оружием. В отряде  были: А.А. Барсуков, А. Пичугин, П.И. Крылов, И.Н. Потанин, Веселовы с Богатыря, А.В. Мурыгин, Ф.Т. Зайцев и другие  товарищи. К этому  времени  относятся  попытки  крестьян  верхушки  из  окружающих  завод  деревень  напасть  на продотряд и разоружить. По рассказам  сторожилов,  в августе 1918 года  группа  крестьян    (числом  несколько  сот  человек), преимущественно  из  Бедрина, Макарова, Баранова с вилами и  косами ворвались в посёлок. Они бросились прежде  всего к П.И. Крылову, проживавшему в большой  казарме, где жил М. Стрелков, отобрали у него оружие и затем  направились к остальным  отрядовикам  с требованием  сдать оружие. Завязалась борьба. Некоторые отрядовики, как Веселов, на требование ответил выстрелом  из винтовки вверх, отчего толпа разбежалась. Был  срочно вызван в посёлок председатель Военкома товарищ Шлепков, который сумел, не прибегая к оружию, только своим авторитетом, заставить толпу разойтись. В Судогодском  уезде  тогда  вспыхивали  кое - где  кулацкие  мятежи, для  их ликвидации существовал  отряд  под командованием т. Успенского. Он прибыл с отрядом  на  место происшествия на  другой день; но  зачинщики  Ковалёв К.,  Пыльнов И. и другие скрылись в лесу.       

     Стекольная промышленность Владимирской области в 1924 году занимала третье место в СССР, уступая лишь Брянской и Донецкой областям, объединяя до 10 тысяч рабочих. В тяжёлые годы гражданской войны в разруху (1917- 1921 года) сохранился почти весь рабочий состав, но валовая продукция составила всего лишь 58,2% уровня 1913 года, в то время как текстильная промышленность  достигла 80%. Наш завод в 1922 году вошёл в состав Владимирского стекольного треста, который был организован 24 августа 1922 года, приказом  №186 по Г.С.Н в составе 8 заводов. На годы 1922- 1923 завод имел  следующие  задания: ламповое стекло 1750000 штук на 65,5 млн. рублей; оконное стекло- 38500 пудов -

633 ящика; бутылка – 360000 шт. на 21 тыс. рублей; аптека – 1477000 шт.  Уже в ноябре 1923 года завод был конфискован, затем рабочий коллектив организовался и взял его в аренду и, наконец, в 1924 году в день Октябрьской годовщины состоялся  торжественный пуск завода. Руководило заводом правление, в которое входили П.К. Чумаков, П.М. Апыхтин, управляющим был М.С. Львов. С этого времени завод уже не останавливался. В 1924- 1927 годах выпускалась аптекарская посуда, посуда под тушь, чернила. Формы и заказы поступали от кустарных артелей Москвы, производивших те или иные  продукты, требующие  стеклянной тары. За первые  десять лет  Советской власти  ничего не изменилось в техническом оснащении завода. Надо отметить только, что по инициативе  механика завода в 1922году  была выхлопотана в Москве девятикилловатная  динамо- машина, собственными силами изготовлен  щит, рубильник и был освещён завод, клуб и контора. В отношении же культурных мероприятий в 1920 году  произошло знаменательное событие – был  построен клуб. Это  здание   обязано своим возникновением  в  основном  инициативе  и  рукам  общественности  завода  и  в  первую  очередь её молодёжной  части. Это  была дача  купца Треушова, национализированная Советской властью  и  безвозмездно  переданная  в 1920  году коллективу  рабочих, которые  перевезли  её  из-под Коврова, и собрана на новом месте.

 

                                   Второе десятилетие Советской власти

 

  В 1927 году завод был в ведении Владимирского стеклотреста и получил теперешнее  название «Красный Октябрь».  

   В 1928 году– старая чугунная труба гуты была заменена новой кирпичной, которая простояла до 1946 года без изменений, а в 1946 году она была нарушена.

     Началось укрепление и расширение производства. Построено новое кирпичное здание электростанции, установлен локомобиль в 20 лошадиных сил. Был освещен весь поселок. Произведена реконструкция печи. Она стала непрерывного действия. В1936 году на заводе появилась (в цехе выработки) частичная механизация труда: были приобретены полуавтоматы «ВШМ». Ручным оставался набор стекла из ванной печи.

  Наш завод  был первым  заводом  Российской Федерации,  на  котором  были  установлены  и  освоены полуавтоматы. Для ознакомления  с опытом освоения  их,  на  заводе  была организована  широкая  конференция, на которую  прибыли  не только представители области  и  Москвы, но  представители  и  от  многих  стеклозаводов Сибири, Уфы и другие. Конференция  продолжалась несколько дней. Полуавтоматы марки « Шиллер» на заводе были освоены в очень короткий  срок. Лучшие рабочие - стахановцы давали рекордные цифры производительности труда, так например, Грязнов, Ивановский, Нарышкин, Зайцев. К этому же периоду 30-х  годов относится большая работа в области культурно- массовой  работы в посёлке, проводившейся в основном молодёжными организациями с широким привлечением  всего  коллектива. На месте теперешнего стадиона был выращен большой сад с аллейками, сооружён  летний театр на 500 мест, конечно, деревянный лёгкого типа (с земляным полом), отдельная эстрада, раковина для  

для оркестра, где выступал заводской духовой оркестр, тир для стрельбы. Регулярно выступал драмкружок, в котором принимали участие А.Г. Крылов, В.Г. Крылов, Е. Ушакова, Т. С. Пичугина, П.Н. Чернышов, Лаврентьев, Пичугин. К сожалению, потом всё это было растащено и погибло бесследно.

   

                            Годы Великой Отечественной  войны

 

  Наш завод был одним из немногих заводов области, который проработал без остановки всю войну. С первого дня войны завод переключился на выработку посуды для нужд военно-санитарного управления, вырабатывая преимущественно мелкую склянку 15-25 гр. и лишь немного крупной (например, мочеприёмники для госпиталей и т.д.). Кроме того, завод выпускал кое-что из ширпотреба. Почти всё мужское население посёлка с первых дней войны ушло на фронт. Добровольно пошли товарищи: Н.И. Орлов, К.П. Мурыгин, А. Пичугин, В.Г. Крылов, В.А. Смирнов и другие.    Основные мастера в небольшом количестве получили бронь: П.М. Апыхтин, Афанасий Кузьмичёв, Тимофей Кормилицын, И.С. Волков, Николай Стрелков, В. Антонов, А. Рябов, А. Потанин. Но этих забронированных мастеров - наборщиков не могло хватить. Тем более, что завод получал ответственные фронтовые задания и не выполнить их было нельзя. На выручку пришли женщины. Первой встала на верстак М.К. Алексеева, за ней А.Д. Ушакова, Орлова Вера,  Ефимова Вера, Алексеева Елена. За ними пошли и другие: Т. Соколова, Е. Дёмина, К. Калинина, и скоро весь верстак заполнился женщинами. Работать было тесно. Завод стал работать полностью 8 часов.

  Не хватало топлива: приходилось на месяц- два прекращать работу и заготовлять топливо, чтобы затем вновь пустить завод. Не хватало  машин, лошадей; своими силами  выстроили узкоколейку в лесу (у Смолинской дороги) и сами на ней же подвозили топливо. Чтобы завод не останавливался,  каждый рабочий получал задание - помимо работы на заводе заготовить и вывезти на санках из леса 10м3 дров. Не хватало материалов. Стекло красили углём.   Не хватало рабочих - выручали ребятишки, они принимали продукцию не только летом, но и зимой, после занятий в школе. Работали они по 4 часа.

   Вот как об этом времени вспоминала Нина Петровна Ушакова.

«Когда началась война, мне еще не исполнилось и 14 лет. Папу взяли на фронт, мама работала на заводе. В первую же зиму я тоже пошла работать на завод. Нас, подростков, было много. Меньших у нас называли «хлопцами». Это те, кто принимал посуду у выдувальщиков. Была специальная сетка, нужно было осторожно отнести пузырек на лер (раньше называли тягун). Работа требовала большой сноровки, нельзя долго задерживаться, так как у выдувальщика пузырек мог полететь на пол. Работали по 4 -6 часов. Около печи – жара, пот глаза застилает. А побежишь к леру -  продует на сквозняке. В молодости не ощущали, здоровыми были.

А сейчас у всех у нас хронические заболевания, которые мы получили еще в те далекие годы. Очень тяжело приходилось, когда нас посылали в лес за дровами для ванной печи. Представьте себе вагонетку, груженную доверху дровами. А сзади ее толкают женщины и дети. Зимой ноги скользят. Упадешь, потом догонять приходится.

А самим есть хочется. Питались ведь в основном, чем летом запасались: ягоды, грибы, свекла, картофель. Очистки от картошки не выбрасывали, их сушили, растирали в порошок и пекли лепешки. Хлеба ели не досыта. Но работали, никто не жаловался. Знали, это нужно для фронта. И мы верили, работали и ждали».

  Брали с завода женщин целыми сменами на трудовой фронт. Они копали противотанковые окопы в Ивановской области Палехского района, и всё это не останавливало завод. Начинали работать в две смены, а третьи 8 часов заполнялись добровольцами, которые шли работать сверхурочно, чтобы заменять отсутствующих товарищей. Завод всё время выполнял и перевыполнял план и всю войну держал у себя переходящее знамя района. Работали подростки:   Абрамов Анатолий, Цветков Борис и др.  Им доверяли автомашины; доверяли и ответственные должности, как стекловар  (например, Владимир Викторович Крылов).

  Велик был трудовой подъём коллектива. Несмотря на все трудности, коллектив в годы войны исключительно за счёт добровольных воскресников сложил кирпичный корпус бани, т.к. старая деревянная баня совсем развалилась. Нужда в продукции завода была огромна. Часто можно было видеть машины, приезжающие за посудой и забирающие всё, что выработано. А бывало и так, что выработанной продукции не было, и агенты дожидались, пока её выработают. Закрашенное стекло сохранилось до 1946 года. В  1947 году завод стал выпускать уже прозрачное стекло с зеленоватым оттенком. Ликованием встретил посёлок весть об окончании войны. Многих лучших людей не дождались домой. Они сложили головы на полях сражения за Родину.

Список литературы:

 Свирский В.Ф. Фабрики, заводы и прочие промышленные заведения Владимирской губернии. Владимир, 1890. С. 110-111         

ГАВО Ф. 266. Оп. 1 Д. 3996. Л. 4

 Черешнев Ф. Воронинский С. Коммерческий указатель фабрик, заводов и других промышленных заведений Владимирской губернии. Владимир, 1912 г. С. 150 -151

Субботник А. Мальцовы // 1000 лет русского предпринимательства. Москва, 1995. С. 122 - 123

 «Вехи жизни и истории» из воспоминаний бывшего директора с/з  «Красный Октябрь» Кузнецова В.И.

 

 п.Красный Отябрь